Выдающийся советский актер Олег Даль умер от инфаркта 3 марта 1981 года, не дожив всего несколько месяцев до своего сорокалетия. Тем не менее он успел проявить себя как артист, способный передать самые тонкие переживания своих героев. Миллионы зрителей до сих пор затаив дыхание следят за похождениями Жени Колышкина, Евгения Соболевского или Виктора Зилова, боясь спугнуть невесомое, подчас интимное прикосновение к душе персонажа, обеспеченное талантливым актером.
Нельзя сказать, что Олег Даль ушел на пике славы. Он попросту не был совместим с этим понятием. Однако именно в этой несовместимости стоит искать причины безвременного ухода актера, замены которому не было, и в дальнейшем не появлялось.
Актер поневоле
Олег Даль родился в преддверии Великой Отечественной войны, 25 мая 1941 года в подмосковном городке Люблино. Сын железнодорожного инженера и школьной учительницы с детства планировал стать человеком героической профессии — летчиком или моряком. Он активно занимался спортом и, благодаря этому, еще в ранние годы обнаружились его проблемы с сердцем.
Ограничения врачей поставили крест на планах Даля, и тогда он увлекся искусством. Сначала это было рисование, затем пение в хоре и театральный кружок. Как и в случае со спортом, будущий актер проявил целеустремленность и сам, без помощи логопедов сумел выправить проблемы с дикцией.
Несмотря на недовольство родителей, после окончания школы Олег Даль решил поступать в Щепкинское училище. С блеском сдав экзамены, он был зачислен на курс к Народному артисту СССР Николаю Анненкову. Во время учебы Даль продолжил демонстрировать ответственный подход к делу.
Еще студентом он получил свою первую роль в кино. В фильме Александра Захри «Мой младший брат» по роману Василия Аксенова «Звездный билет» он сыграл Алика Крамера — угловатого, порывистого юношу, пытающегося шагнуть во взрослость. Этот опыт помог Олегу Далю попасть на глаза известным режиссерам, а Аксенов стал считать его своеобразным «крестником».
Творческие и личностные метания
В 1963 году Даль окончил учебу и поступил на службу в театр «Современник». С одной стороны, он оказался среди ведущих актеров того времени. С другой — длительное время работал на втором плане, не получая главных ролей. Уже тогда проявился непростой характер Даля, который не терпел застывших форм и постоянно импровизировал.
Тогда же состоялась первая женитьба Даля. Его женой стала Нина Дорошина, более всего знакомая зрителю по роли Нади из фильма «Любовь и голуби». Семейный союз получился ярким, но не долгим. Согласно последующим воспоминаниям Дорошиной, причиной тому была внешняя направленность этого брака, которым Даль хотел что-то доказать окружающим.
Следующее десятилетие стало самым плодотворным в жизни актера. Он сыграл угловатого, романтичного Колышкина в щемящей военной комедии «Женя, Женечка и “Катюша”» по сценарию Булата Окуджавы. Приобрел всесоюзную популярность благодаря роли ироничного стрелка-радиста Соболевского из «Хроники пикирующего бомбардировщика». В 1968 году ему досталась роль вора Васьки Пепла в спектакле «На дне». Режиссер Галина Волчек позже отмечала, что такого Пепла на нашей сцене не было ни до, ни после Даля.
Актер еще дважды женился. Второй его женой стала Татьяна Лаврова, также служившая в «Современнике». Этот брак был не многим дольше первого, и спустя несколько месяцев молодые люди разошлись без взаимных претензий. С третьей попытки Далю повезло. Его жена Елизавета Апраксина работала монтажером и не была публичной личностью. Зато она оказалась настоящей родственной душой для сложного в общении артиста и оставалась с ним до последних дней.
В 70-е годы у Даля начался сложный период, характеризующийся частыми ссорами с коллегами, неумеренным употреблением алкоголя, срывами репетиций и тому подобными проступками, за которые иных артистов с позором изгоняли из профессии. Однако пронзительная игра актера перевешивала в глазах режиссеров его недостатки. Тем не менее за эти десять лет Олег Даль сменил четыре театра, так и не сумев отыскать «свой».
Цель или средство
Последние несколько месяцев жизни Олег Даль находился в состоянии морального и физического истощения. Он страшно похудел и стал еще более неуживчивым. По рекомендации врачей Елизавета Апраксина увезла его на дачу в Монино, где актер проходил курс лечения от бронхита, гулял на свежем воздухе и занимался умеренной физической активностью. Но особенного смысла в этих усилиях не было.
Предчувствуя скорый конец, Даль в своих записях подводил итоги жизни, и неоднократно делал ремарки в разговорах о близящейся смерти. В марте он отправился в творческую командировку в Киев, где скончался от инфаркта в гостиничном номере. После смерти актера ходили слухи, что главной причиной трагедии было его пристрастие к употреблению горячительных напитков. Но это объеснение представляется слишком поверхностным.
Даль крепко дружил с алкоголем всю свою творческую биографию. Он угодил за решетку на 15 суток за пьяные выходки во время съемок картины «Женя, Женечка и “Катюша”», проходивших еще в 1967 году. Его несколько раз чуть было не выгнали из «Современника» за пьянство и срыв процесса, хотя каждый раз кроме последнего брали на поруки. Владимир Высоцкий познакомил его со своим врачом, который, по слухам, даже зашивал Далю «торпеду». Алкоголь стал причиной запрета на творческие встречи со зрителями после инцидента 1977 года в Новосибирске.
Пьянство было для него не целью, а скорее способом примириться с окружающим миром. Причину ранней смерти Даля, вероятно, следует искать в нравственно-психологической области. Актер не только всю жизнь старался приоткрыть для зрителя внутренний мир своих героев, он пропускал через себя эти переживания и буквально сжигал себя на сцене.
Возможно, значительную роль сыграл пережитый в детстве вынужденный отказ от мечты стать летчиком. В его ролях прослеживается интерес Даля к персонажам с душевным надломом, страдающих, пусть и не всегда заметно для окружающих, от несоответствия мечты и реальности. Таким получился его Евгений Крестовский из «Земли Санникова». Таким стал и Виктор Зилов из «Отпуска в сентябре», фильма, который вышел уже после смерти актера.
Олег Даль видел в актерской профессии нечто большее, чем развлечение досужей публики. Он требовал уважения к актеру, как к мастеру по работе с человеческой душой, но также не терпел от коллег халтурного отношения к делу. Он не был актером-ремесленником и не смог ужиться с миром, которому все больше требовались именно такие кадры.
